Ученик и духовный преемник преподобного Амвросия, явивший образ великого смирения, незлобия, непрестанной умносердечной молитвы, старец не раз удостаивался явления Божией Матери. По воспоминаниям современников, многие еще при жизни иеросхимонаха Иосифа видели его озаренным благодатным божественным светом. Преп. Иосиф был человек глубокого внутреннего делания, всегда хранивший сердечное безмолвие и непрестанную молитву.

 

Кончина (день памяти):

9/22 мая 1911 г.

Преподобный Иосиф Оптинский был духовным чадом и келейником великого Оптинского старца Амвросия. В течение тридцати лет был он «правой рукой» преподобного Амвросия. О нём повторяли слова блаженной старицы: «Что Амвросий, что Иосиф – одно». Явственно являл собой преподобный Иосиф плоды послушания духовному отцу и молитвы, всем видны были дары Святого Духа, почивающие на смиренном и кротком подвижнике: прозорливость, сильная молитва, чудеса исцелений больных и страждущих. Преподобный Иосиф удостоился неоднократного посещения Царицы Небесной, и Божия Матерь называла его «любимче мой». Он стал одним из столпов и светильников Оптиной Пустыни, вставшим на смену преподобным Амвросию и Илариону. И одним их немногих, кого можно назвать «избранником Божией Матери».

 

Путь преподобного Иосифа, (в миру Ивана Ефимовича Литовкина), к Богу начался в детстве. Родился он в доброй, благочестивой и верующей семье в селе Городище, Старобельского уезда, Харьковской губернии. Отец его, Ефим Емельянович, был в своём селе головой, пользовался всеобщим уважением. Мама, Марья Васильевна, была строгой, но справедливой и милостивой. И отец и мать постоянно благотворили беднякам, иногда раздавали милостыню даже в тайне друг от друга, по Евангельскому слову, чтобы правая рука не знала о том, что делает левая. Любили принимать в свой дом монахов, собирающих на обитель, и всегда жертвовали на храм. Отец нередко выказывал желание, чтобы кто-нибудь из его детей посвятил себя Богу.

 

Родители приучили всех своих детей (а их было шестеро: три сына и три дочери) всегда ходить в храм, молиться и читать духовные книги. Особенно любили жития святых. И второго сына назвали Иоанном в честь своего любимого святого Иоанна Милостивого. Покров этого святого был над Иоанном всю жизнь, и вырос мальчик необыкновенно добрым и милостивым человеком. Уже в раннем детстве он своей нежной и чуткой душой умел чувствовать чужое горе, и по-детски пытался утешить и приласкать страждущего человека.

 

Интересно, что по свидетельствам современников, на всех старцах Оптинских с детства лежала печать избранничества, особого Божия благоволения. Будущий преподобный Макарий слышал слова своей любимой матери, которая не раз говорила о тихом и кротком Мишеньке: «Сердце моё чувствует, что из этого ребёнка выйдет что-нибудь необыкновенное». Такие же слова говорили и об остальных Оптинских старцах: про Ивана подобное говорил его мудрый отец, а также его наставник, протоиерей: «Из этого мальчика выйдет что-нибудь особенное». Такие слова и избранность от чрева матери напоминают об игумене земли Русской, преподобном Сергии Радонежском и о преподобном Серафиме Саровском.

 

Другими знаками его избранничества было видение в детстве Божией Матери, после которого ребёнок стал уклоняться от детских игр, и в его детском сердечке загорелась живая вера и любовь к Царице Небесной. Вскоре после этого видения в селе случился пожар. Огонь грозил перекинуться на новый, только что отстроенный дом Литовкиных. Маленький Ваня с молитвой обратился к Божией Матери и начал кричать: «Царица Небесная! Оставь нам наш домик!» И дом остался стоять невредимым среди пожарища, а кругом всё сгорело.

 

Старшая сестра, впоследствии ставшая монахиней, научила Ваню грамоте. И он пошёл учиться, уже разумея грамоту. Ваня рано узнал, что такое скорби. Любимая сестра ушла в монастырь, и он тосковал по ней. В четыре года он остался без папы, а в одиннадцать лет умерла, заболев, и мама.

 

Иван и его брат Петя остались круглыми сиротами, и жизнь их круто изменилась. Старший брат стал полным хозяином имущества. Был он человеком неплохим, но страдал слабостью винопития. И когда, через год после смерти мамы, старшая сестра приехала из монастыря навестить братьев, дом и родительское имущество были спущены до нитки. Так что, несмотря на избранничество с детства, а, может, благодаря нему, Господь вёл Ивана путём скорбей. Ему пришлось работать и в трактире, и в бакалейной лавке, таскать пятипудовые мешки и прочие тяжести, сопровождать обозы с товаром. Воры снимали с него сапоги, он тонул, перенося доски с плотов, падал в обморок от голода, скитался, бывал бит жестоким хозяином, подвергался многочисленным опасностям и искушениям. Но грубая, страшная жизнь не развратила и не озлобила его. С ним был Покров Божией Матери. Постоянной спутницей и утешительницей его была молитва.

 

Мирские соблазны обходили стороной его чистую душу. Когда, наконец, он устроился на хорошее место, к благочестивому купцу, тот был так тронут чистотой и честностью юноши, что решил женить его на своей дочери. Но Господь призывал молодого человека к другому пути. И он чувствовал это призвание. Поэтому, когда его сестра-монахиня написала ему про скит Оптиной Пустыни, который славился старцами, Иван решил оставить мир и отправиться на богомолье.

 

Сначала собирался он в Киев, чтобы поклониться святым местам. Но Господь властно вмешался в планы юноши и через сестру-монахиню и стариц, духовных чад Оптинских отцов, привёл молодого человека в Оптину. Ему даже нашлись в попутчицы две монахини, которые, приехав в Оптину, первым делом отправились к преподобному Амвросию. Они сказали старцу, что привезли с собой «брата Ивана», называя юношу в шутку братом из-за его монашеских устремлений. На что великий старец прозорливо ответил: «Это брат Иван пригодится и нам и вам», как бы прозревая будущего Оптинского старца и ту пользу, которую впоследствии он принесёт и самой Оптиной и женским монастырям. Старец, выслушав Ивана, сказал ему: "Зачем тебе в Киев, оставайся здесь".

 

Так 1 марта 1861 года началась монашеская жизнь молодого послушника в Оптиной рядом с великим старцем. Ивану было 24 года, и впереди его ждал иноческий путь длиной в полвека.

 

По Оптинским обычаям новоначальных для смирения отправляли на трудное и хлопотливое послушание в трапезную. «Брат Иван» стал помощником повара. Но молодой послушник, хлебнувший горя в миру, только радовался, что оказался в тихой обители, далеко от искушений и суеты. С первых же дней обнаружились в нём все добрые качества его чистой души, которую будто бы изначально приуготовлял Господь к монашеской жизни. Скромность, послушание, честность, доброта, молчаливость и любовь к молитве - всё это было хорошими задатками для настоящего инока. И эти качества не остались незамеченными.

 

Вскоре послушника перевели келейником к великому старцу Амвросию, и в хибарке старца он прожил пятьдесят лет: тридцать лет рядом с преподобным Амвросием и двадцать после его смерти, когда отец Иосиф уже сам стал старцем. Молодой послушник оказался в самом центре духовной жизни, к старцу приезжало огромное количество людей, искавших старческого совета и окормления.

 

Ивану пришлось терпеть многочисленные столкновения, искушения, происходящие случайно и намеренно, «для испытания». Старший келейник, суровый и угрюмый, часто делал ему выговоры, иногда несправедливо. И это было школой терпения, когда научился молодой послушник смирению и самоукорению, которые так сладостны и благодатны. Несправедливость раздражает обычного человека, но если он учится принимать всё как из руки Господа, и считает себя достойным всякого осуждения, то становится духовно опытным подвижником, и обретает мир и покой, радость о Господе.

 

Господь неслучайно привёл Ивана в эту хибарку: будущий старец закалялся духовно, становился свидетелем духовной борьбы, молитвы великого старца. Но такие испытания были очень трудны для неокрепшего духовного воина. Его стали мучить помыслы о заветном Киеве, о тишине и покое, о святой горе Афон. Как-то раз, когда помыслы уехать на Афон досаждали особенно сильно, послушник услышал за спиной голос старца, который слегка ударил его по плечу и сказал: «Брат Иван, у нас лучше, чем на Афоне, оставайся с нами». Прозорливость старца настолько поразила молодого послушника, что он со слезами раскаяния упал к ногам преподобного Амвросия и больше не помышлял об уходе.

 

Через три года послушника постригли в рясофор с именем Иоанна. А в 1871 году, через десять лет после вступления в обитель, он был пострижен в монашество с именем Иосифа. Десятилетиями у него не было даже своего угла, где бы мог он почитать, помолиться, отдохнуть. Спал он в приемной, чуть не до полуночи полной посетителями, а в час ночи надо было уже идти к утрени... Но это был уже духовно опытный воин, его смиренное устроение, кротость умиротворяла даже самых вспыльчивых и гневливых людей. На нём сбылись слова преподобного Серафима Саровского: «Стяжи дух мирен, и тысячи вокруг тебя спасутся».

 

В 1877 году монах Иосиф был рукоположен в иеродьякона, а 1 октября 1884 года за литургией в честь торжественного открытия Шамординской женской обители преподобный Иосиф был рукоположен в иеромонаха. К этому времени он уже был старшим келейником старца Амвросия. Тихий и серьезный, выходил он к посетителям, внимательно выслушивал, в точности передавал ответ старца, ничего не добавляя от себя. Но все чаще старец отсылал посетителей спросить совета у келейника, и всех поражало, что его слова буквально совпадали с тем, что говорил сам преподобный Амвросий.

 

В 1888 году преподобный Иосиф сильно простудился и заболел. Его отвезли в больницу и 14 февраля, по благословению старца Амвросия, постригли в схиму. По молитвам преподобного Амвросия смертельная болезнь отступила. Во время этой болезни своего избранника вновь посетила Царица Небесная со словами: "Потерпи, любимче Мой, немного осталось". Неизвестно точно, сколько раз преподобный Иосиф сподобился посещения Богородицы, потому что, как истинный монах, он скрывал свои дары. Но можно думать, что он постоянно находился в молитвенном общении с Божией Матерью, и когда была необходимость, то, как последний довод, говорил: «А что, если это не моя воля, а самой Царицы Небесной?» И все умолкали, благоговея и испытывая священный ужас перед этим аргументом.

 

Сохранилось множество свидетельств о даре прозорливости и исцелений по молитвам преподобного Иосифа. Он ни с кем не вел длинных бесед, умея в нескольких словах выразить самое главное, наставить и утешить. Сила его благодатной молитвы была выше и драгоценнее любых слов. Известен такой случай. Одна женщина, живущая в Оптиной, сильно заболела; она попросила отвести ее в «хибарку» к преподобному. Он ее принял и, дав ей в руки свои четки, пошел в спальню, сказав: «Подожди». А когда он вышел, она совершенно забыла про свою болезнь.

 

В 1890 году старец Амвросий, уезжая в Шамордино, впервые не взял с собой верного помощника. «Тебе нужно здесь оставаться, ты здесь нужен», — сказал ему старец. 1891 год был последним в жизни старца Амвросия. Теперь преподобный Иосиф остался один. На него легли обязанности скитоначальника, духовника оптинской братии и шамординских сестер. Несмотря на слабое здоровье и непосильные труды, он не позволял себе никаких послаблений: был строгим постником, очень мало спал, носил старую и бедную одежду.

 

Благодатным светом озарены строки писем преподобного Иосифа к духовным чадам, мудрые духовные советы старца могут быть «камертоном» правильной духовной настроенности:

 

«Скорби - наш путь, будем идти, пока дойдем до назначенного нам отечества вечности, но только то горе, что мало заботимся о вечности и не терпим и малого упрека словом. Мы сами увеличиваем свои скорби, когда начинаем роптать.

 

Кто победил страсти и стяжал разум духовный, тот без образования внешнего имеет доступ к сердцу каждого.

 

Наложенное правило всегда трудно, а делание со смирением еще труднее.

 

Что трудом приобретается, то и бывает полезно.

 

Если видишь погрешность ближнего которую ты бы хотел исправить, если она нарушает твой душевный покой и раздражает тебя, то и ты погрешаешь и, следовательно, не исправишь погрешности погрешностью - она исправляется кротостью.

 

Совесть человека похожа на будильник. Если будильник позвонил, и зная, что надо идти на послушание, сейчас же встанешь, то и после всегда будешь его слышать, а если сразу не встанешь несколько дней подряд, говоря: "Полежу еще немножко", то в конце концов просыпаться от звона его не будешь.

 

Что легко для тела, то неполезно для души, а что полезно для души, то трудно для тела.

 

Спрашиваешь: "Как сделать, чтобы считать себя за ничто?" Помыслы высокоумия приходят, и нельзя, чтобы они не приходили. Но должно им противоборствовать помыслами смиренномудрия. Как ты и делаешь, припоминая свои грехи и разные недостатки. Так и впредь поступай и всегда помни, что и вся наша земная жизнь должна проходить в борьбе со злом. Кроме рассматривания своих недостатков, можешь еще и так смиренномудрствовать: "Ничего доброго у меня нет... Тело у меня не мое, оно сотворено Богом во чреве матернем. Душа дана мне от Господа. Потому и все способности душевные и телесные суть дары Божии. А моя собственность - только одни мои бесчисленные грехи, которыми я ежедневно прогневляла и прогневляю Милосердного Господа. Чем же мне после этого тщеславиться и гордиться? Нечем". И при таких размышлениях молитвенно проси помилования от Господа. Во всех греховных поползновениях одно врачевство - искреннее покаяние и смирение.

 

Много есть плачущих, но не о том, о чем нужно; много скорбящих, но не о грехах; много есть как бы смиренных, но не истинно. Пример Господа Иисуса Христа показывает нам, с какой кротостью и терпением должны мы переносить погрешности человеческие».

 

Шли годы подвига. Слабея физически, старец возрастал духовно, во время молитвы он преображался. Вот что рассказывал его духовный сын, отец Павел: «Когда я пришёл к батюшке, там был только один посетитель – чиновник из Петербурга. В скором времени пришёл келейник и пригласил чиновника к батюшке... Чиновник пробыл минуты три и возвратился, я увидел: от его головы отлетали клочки необыкновенного света, а он взволнованный, со слезами на глазах рассказал мне, что в этот день утром из скита выносили чудотворный образ Калужской Божией Матери, батюшка выходил из хибарки и молился. Тогда он и другие видели лучи света, которые расходились во все стороны от него молящегося. Через несколько минут и меня позвали к старцу... Я увидел старца, измождённого беспрерывным подвигом и постом, едва поднимающегося со своей печки... мы поздоровались, через мгновение я увидел необыкновенный свет вокруг его головы четверти на полторы высоты, а также широкий луч света, падающий на него сверху, как бы потолок келии раздвинулся. Луч света падал с неба и был точно такой же, как и свет вокруг головы, лицо старца сделалось благодатным, и он улыбался... Он, по своему глубочайшему христианскому смирению и кротости, - это отличительные качества старца – стоит и терпеливо ждёт, что я скажу, а я, пораженный, не могу оторваться от этого, для меня совершенно непонятного видения... Свет, который я видел над старцем, не имеет сходства ни с каким из земных источников..., подобного в природе я не видел. Я объясняю себе это видение тем, что старец был в сильном молитвенном настроении, и благодать Божия видимо сошла на избранника своего... Мой рассказ истинен уже по тому, что я после сего видения чувствовал себя несказанно радостно, с сильным религиозным воодушевлением, хотя перед тем, как идти к старцу, подобного чувства у меня не было... Всё вышесказанное передаю, как чистую истину: нет здесь и тени преувеличения или выдумки, что свидетельствую именем Божиим и своей иерейской совестью.

 

В апреле 1911 года старец занемог, болезнь его постепенно усиливалась, и 9 мая он тихо отошел ко Господу. Рука усопшего была мягкой и теплой, как у живого. В 1996 году преподобный Иосиф был причислен к лику местночтимых Святых Оптиной Пустыни, а в августе 2000 года — Юбилейным Архиерейским Собором Русской Православной Церкви прославлен для общецерковного почитания. Мощи преподобного Иосифа покоятся во Владимирском храме Оптиной Пустыни.

АКАФИСТ ПРЕПОДОБНОМУ И БОГОНОСНОМУ ОТЦУ НАШЕМУ ИОСИФУ, СТАРЦУ ОПТИНСКОМУ

Предназначен для келейного чтения

Находится на рассмотрении в Комиссии по акафистам при Издательском Совете Русской Православной Церкви

Кондак 1

Избранному угоднику Божия Матере и послушания теплому рачителю, богомудрому оптинскому старцу Иосифу похвальная принесем песнопения, яко да избавит нас от всякия беды и напасти и наставит на стези правыя вопиющих ему любовию:

Радуйся, Иосифе, Божия Матере любимиче блаженный.

Икос 1

От юности твоея, отче преподобне, играм не внимал еси младенческим, но все желание души твоея в небесная направив, сего ради явися ти Богородица на облаце, назнаменующи, яко угодник Ея будеши от юности твоея. Темже сицевому явлению чудящеся, похвальная тебе поем:

Радуйся, отрочище, Богородицею избранное; радуйся, родителей твоих преславное величание.

Радуйся, благочестивое веры процветение; радуйся, плоды явивый богопознания.

Радуйся, отроком прекрасный образ подражания; радуйся, юношам благоуханный крине целомудрия.

Радуйся, яко из уст младенческих Бог тобою похваляется; радуйся, яко от юности твоея Богородица прославляется.

Радуйся, Иосифе, Божия Матере любимиче блаженный.

Кондак 2

Силою свыше осенен был еси благодатию Пресвятаго Духа, иже обучи тя право не внимати обольщением лукаваго духа, сего ради от мирских красот яко от умет отвратился еси и стопы твоя направил еси по иноческому пути, поя Богу: Аллилуиа.

Икос 2

Из мира изшел еси, яко от рабства фараоня, и Богу в ризе девства твоего предстал еси, темже яко втораго и прекраснаго Иосифа тя похваляем и целомудренней душе твоей поем:

Радуйся, духовнаго девства избранный сосуде; радуйся, чистоты и целомудрия верный супруже.

Радуйся, яко душу свою уневестивый Христу Жениху; радуйся, яко тело твое облекл еси в нетления чистоту.

Радуйся, яко копием воздержания пробол еси змия; радуйся, яко достигл еси Ангельския чины.

Радуйся, чаша Божественныя любве исполнена; радуйся, еюже напаяеши чада твоя.

Радуйся, Иосифе, Божия Матере любимиче блаженный.

Кондак 3

Яко звезда пресветлая в Оптину пустынь устремился еси, Иосифе, идеже богосветлый Амвросий на тверди церковней яко солнце возсия, иже во объятия своя тя прият отеческая и добродетельными лучи облиста, Богу благодарне воззвав: Аллилуиа.

Икос 3

При исходищах премудрости старчестей водворился еси, отче Иосифе, при ногу Амвросиеву тридесять лет пожив. Темже по стезям любомудрия старца твоего ходити изволил еси, к нимже и нас направи, вопиющих тебе сия:

Радуйся, благопослушное чадо отеческаго предания; радуйся, любомудрый учениче` священнаго писания.

Радуйся, Амвросиевых молитв плоде богодарованный; радуйся, оптинскаго старчества преемственная славо.

Радуйся, образе любве сына к своему старцу; радуйся, наследниче даров богоноснаго аввы.

Радуйся, яко благопокорением разоривый демонския твердыни; радуйся, яко благоволением подражавый Ангельским силам.

Радуйся, Иосифе, Божия Матере любимиче блаженный.

Кондак 4

Подвигом добрым изволив подвизатися, отче преподобне, пение, бдение, молитву и пост, аки оружие непобедимое восприим, козни демонския, аки паучину, растерзал еси, преблаженне Иосифе, Богу победную воспел еси песнь: Аллилуиа.

Икос 4

Видя святое твое о Бозе преспеяние, богомудрый Амвросий в таинники своя тебе избра, не токмо дарми тя обогати сыноположения, но и паству свою тебе вручи, мы же, пастырским твоим окормившеся водительством, благодарно тебе поем:

Радуйся, мысленных волков от стада Христова отгнание; радуйся, словесных овец святоотеческое воспитание.

Радуйся, богомудрыя паствы твоея окормление; радуйся, усугубивый старческое на тебе благословение.

Радуйся, яко послушанием явил еси о Бозе быстрое преспеяние; радуйся, яко сотаинник был еси Амвросиевых откровений.

Радуйся, яко в меру отца твоего достигл еси; радуйся, яко о немже дерзновение пред Богом возымел еси.

Радуйся, Иосифе, Божия Матере любимиче блаженный.

Кондак 5

Божиим смотрением болезнь смертная нападе на тя, обаче не ко смерти бысть сия, но ко славе Божией. Криле бо схимы великия на болезненнем одре приял еси, темже обновился еси Духом яко орля, поя избавителю Богу: Аллилуиа.

Икос 5

На одре болезненнем лежащу ти, отче богоносе, Сама Пречистая Дева Богородица прииде к тебе и укрепи тя в подвизе, и словеса изрече сладчайшая: Потерпи, любимиче Мой, немного еще, темже, чудящеся о таковом к тебе Божия Матере смотрении, со страхом и любовию тебе зовем:

Радуйся, от младенства избранный Божия Матере любимиче; радуйся, Еюже от одра смертнаго возставленный.

Радуйся, образе пламенеющей любве к Божией Матери; радуйся, непостыдный пред Нею о нас ходатаю.

Радуйся, монашеских чинов невестоводителю; радуйся, под покровом Богоматере их предводителю.

Радуйся, яко невест Христовых вручивый Богоматери; радуйся, обители Шамординския духовный воспитателю.

Радуйся, Иосифе, Божия Матере любимиче блаженный.

Кондак 6

На небеса восход души своея богомудрый Амвросий устрояя, яко Илия, колесницу добродетелей себе впряженну стяжав, на нейже восходя, яко милоть, благодать любве своея тебе оставив, в нюже облеклся еси, сугубейше Богу благодарне возвав: Аллилуиа.

Икос 6

Скитом оптинским богомудрое восприим управление, по завету старцев оптинских водити потщался еси монашеская стада, темже, благодать старческую на тебе зряще почивающую, овцы словесныя единогласно воззваша тебе:

Радуйся, старца твоего достойный преемниче; радуйся, Амвросиевых даров наследниче.

Радуйся, прозорливыма очима зревый тайны сердечныя; радуйся, исповеданием врачевавый язвы душевныя.

Радуйся, богомудрыми советы к небеси восход указавый; радуйся, обличительными словесы от греховных уз разрешавый.

Радуйся, оптинскаго старчества светлое зерцало; радуйся, утешение богатно всем подаваяй.

Радуйся, Иосифе, Божия Матере любимиче блаженный.

Кондак 7

Бурю страстей преминул еси на легцем корабле послушания, ветрилом окормляемь молитвами старцев твоих, во отишие безстрастия достигл еси, благодатию Божией охраняемь. Темже изми и нас молитвами твоими от потопа греховнаго, да спасающему тобою Всещедрому Богу благодарне вопием: Аллилуиа.

Икос 7

Яко град, верху горы стоя, тако бысть душа твоя верою утвержденна в Господе, и яко светильник во тьме светяй, тако быша совети твои приходящим к тебе за помощию. Сего ради сбытие словес Евангельских на тебе зряще, похвальная тебе зовем:

Радуйся, камень смирения положивый во основание здания добродетелей; радуйся, каменем тем сокрушивый главу змия-миродержца.

Радуйся, град душевный устроивый по образу Горняго Иерусалима; радуйся, в немже не бе храм, но Господь его храм и светило.

Радуйся, светильник разсуждения выну имея горящий; радуйся, имже от бед спасаяй к тебе приходящих.

Радуйся, твердое в искушениих верным прибежище; радуйся, от треволнений душевных светлейшее разрешение.

Радуйся, Иосифе, Божия Матере любимиче блаженный.

Кондак 8

Свет пречуден с небес тебе облиста, отче Иосифе, егда на молитве умильно тебе предстоящу, виден бысть яве твой лик светозарен и радостен. Темже, чудящеся таковей благодати, на тебе почивающей, Богу, дающему молитву молящемуся, вопием: Аллилуиа.

Икос 8

К Богу приближився непрестанным молением и причастием обожаемь, яко светильник Божествен был еси, чудодействы светя, сего ради просветившихся житием твоим, отче богоносе, светлоплодовитых сотвори нас, поющих тебе сия:

Радуйся, светозарное Церкве русския сияние; радуйся, непоколебимое благочестия утверждение.

Радуйся, премудрости Божественныя возглаголание; радуйся, суеты мирския оглаголание.

Радуйся, Светом Божественным с небеси облиставыйся; радуйся, земномудрствующих нас просвещаяй.

Радуйся, яко наставил еси на спасительныя стези заблуждающих; радуйся, яко тайны Божественныя верным открываеши.

Радуйся, Иосифе, Божия Матере любимиче блаженный.

Кондак 9

На высоцем престоле разсуждения утвердил еси свой ум, Иосифе, и порфирою целомудрия, яко одеждею царскою, одеявся, нов Иосиф Прекрасный явился еси, богомудре отче, и над страстьми яко той над Египтом царствовал еси. Сего ради боговедения хлебы напитай чада твоя, и от страстнаго избави пленения вопиющих Христу: Аллилуиа.

Икос 9

Сердце милостивое стяжал еси, отче Иосифе, яко требующим твоея помощи усердно благотворил еси, овем убо подая вещественную милостыню, овем убо невещественную, яко чудодейственную силу. Темже свыше богатящеся твоей помощию даже и доныне, благодарный ти приносим глас:

Радуйся, Христа щедродательная деснице; радуйся, Богоматерь похваляющая уста.

Радуйся, сердце милостивое стяжавый яко престол благодати; радуйся, чудодейственныя токи источивый от твоея раки.

Радуйся, молитвою избавляяй от тирании страстей; радуйся, прикосновением исцеляяй от телесных немощей.

Радуйся, нищим отверстая сокровищница сребра; радуйся, монашествующим духовное злато.

Радуйся, Иосифе, Божия Матере любимиче блаженный.

Кондак 10

Наследник отцев был еси, преподобне Иосифе, тех последуя житию и учению, и о спасении людей попечению, непоколебимое явился еси старчества оптинскаго утверждение. С нимиже яко дерзновение ко Господу имея, проси нам согрешений прощения и спасения вопиющим Богу, прославляющему святыя своя: Аллилуиа.

Икос 10

Яко возделыватель богомудрый вертограда монашескаго, цветами Духа украсил еси иноческия чины и Амвросиевых дел продолжатель явился еси, богоблаженне, благоцветущими добродетельми исплел еси себе сугубыя венцы; мы же похвальная глаголем ти сице:

Радуйся, яко кедр ливанский возвысивыйся в оптинстем скиту; радуйся, яко благовонный кипарис облагоухавый монашеское сословие.

Радуйся, яко уподобивыйся маслине многим твоим милосердием; радуйся, яко благовонный фимиам, исполнен был еси богоприятным молением.

Радуйся, яко росою чудес кропиши тебе молящияся; радуйся, от раки мощей твоих исцеления подаваяй к тебе приходящим.

Радуйся, яко благокрасный шипок, обитель оптинскую украшаяй; радуйся, яко благоплодная лоза, обитель шамординскую осеняяй.

Радуйся, Иосифе, Божия Матере любимиче блаженный.

Кондак 11

Пение ко Пресвятей Богородице приносиши, блаженне отче Иосифе, яко угодник Ея изряден сый пред престолом Святыя Троицы, и умильно ходатайствуеши о всех, к раце мощей твоих припадающих, да получивше силу свыше, вси благочестно поют Богу: Аллилуиа.

Икос 11

Новое чудо во обретении мощей твоих явися, богоблаженне старче Иосифе, яко во славу старца твоего облеклся еси, и от земных недр чудодействовав преславными знаменьми, смиренномудрием богопослушно покрылся еси. Темже, промышлению Божию о тебе чудящеся, похвальная тебе зовем:

Радуйся, яко вся отеческая хотения о тебе исполнивый; радуйся, крепкий послушниче воли Божией.

Радуйся, яко и по смерти послушание старцу твоему явивый; радуйся, яко таинственным обретением мощей твоих всех удививый.

Радуйся, яко унаследовал еси Амвросиеву славу; радуйся, яко чудесы божественными украсивый его честную раку.

Радуйся, Оптиной пустыни нетления первый цвет явивый; радуйся, Рая Иисусова крине, благоухания исполненный.

Радуйся, Иосифе, Божия Матере любимиче блаженный.

Кондак 12

Покаяния изрядный проповедниче, отче Иосифе, чистоты и целомудрия неусыпный рачителю, яко показавый нам образ всеприлежнаго о Бозе подвизания, не отрини наша моления, в разслаблении сущих, но поспешествуй твоими молитвами, да последующе тебе, бодренно зовем Богу: Аллилуиа.

Икос 12

Посещати нас от небесныя высоты непрестай, преподобне Иосифе, отгоняя всю житейскую тесноту к Богу твоими молитвами, яко попремногу ублажаем болезни и труды твоя, яже во бдении и пощении со всеми избранники Божия Матере всеусердне понесл еси. Сего ради, благодарни суще сицевому предстательству твоему, умильно зовем ти:

Радуйся, яко теснотою подвига в широту Райскую достигл еси; радуйся, яко от небесных высей в тесноте живущим снисходиши.

Радуйся, скорый предстателю о всех, тя призывающих; радуйся, от искушений внезапных паче чаяния избавляяй.

Радуйся, в скорбех сущих к веселию незримо приводяй; радуйся, сатану злоумнаго пятою смиренномудрия попираяй.

Радуйся, яко к Матери Божией приносиши наша моления; радуйся, яко со старцы Оптинскими вкушаеши райское веселие.

Радуйся, Иосифе, Божия Матере любимиче блаженный.

Кондак 13

О изрядный угодниче Божия Матере и теплый послушания рачителю, не презри нашея мольбы тебе, яко скорому ходатаю о нашей немощи приносимыя, но яви всегдашнее твое заступление, избавляя нас от зол и напастей сего развращеннаго века, да хранимии твоим молитвенным заступлением, Богу благодаряще о всем поем: Аллилуиа.

(Этот кондак глаголи трижды, затем икос 1 и кондак 1)

Молитва преподобному Иосифу, старцу Оптинскому

О Преподобне и богоносне отче наш Иосифе, старчества оптинскаго предивное украшение, воззри на нас милостивно, к земли приверженных, и к небесней возведи высоте, яко велие дерзновение ко Всемилостивому Владыце стяжавый и Пресвятыя Богородицы посещения сподобивыйся. Молися, богоблаженне отче, в любви и непорочности нам на земли пожити, страсти плотския попрати и добродетельный прекрасный венец постническим и любомудрым житием себе соплетати.

Ты убо ведаеши, отче, коль опасно есть в нынешнем веце разслабленно жити, идеже соблазни и расколи яко волцы хищницы стадо Христово расхищают. Темже убо, отче, испроси нам в вере правой до смерти пребывати и предания святых отец со опастством хранити, да внутрь двора Церкве Христовыя пребудем, благодатию хранимии Всесвятаго Духа и твоим заступлением. Ей, отче, моли и Матерь Света Пресвятую Богородицу, да не оставит нас сирых, егда душею будем разлучени от тела сего бреннаго, но да проводит нас безбедно мимо горьких мытарств испытания ко Престолу Всемилостиваго Сына Своего, Ему же поклонение и славу возсылаем, со Безначальным Его Отцем и Пресвятым и Благим и Животворящим Его Духом, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.