Дни памяти:  Январь 29 (новомуч.),  Октябрь 15

Родился будущий епископ Афанасий (Сергей Григорьевич Сахаров) 2 июля (ст. ст.) 1887 года, в праздник Положения честной ризы Пресвятой Богородицы во Влахерне. Родители Сергия, Григорий и Матрона, жили во Владимире. Отец, уроженец Суздаля, был надворным советником, мать происходила из крестьян. Их доброта и благочестие стали благодатной почвой, на которой взрастали духовные дарования их единственного сына. Нареченный в честь печальника земли Русской Преподобного Сергия Радонежского, будущий владыка глубоко воспринял беззаветную любовь к Церкви и Отечеству, которая так отличала Преподобного.

Детские и юношеские годы Сергия Сахарова прошли в древнем и святом граде Владимире-на-Клязьме.

Трудности и испытания в жизни Сергия начались с малолетства, став той жизненной средой, в которой он духовно мужал. Отца мальчик лишился в раннем возрасте, но в матери своей нашел все, что нужно было для достойного вхождения в жизнь. Она желала видеть его в монашеском, чине, и за это Сергий был признателен ей всю жизнь. Сергий охотно ходил в приходскую церковь, никогда не тяготился продолжительностью церковных служб. Богослужение как высшая степень молитвы было главной любовью будущего владыки. Он с детства предощущал себя служителем Церкви и даже сверстникам своим дерзновенно говорил, что будет архиереем.

Благочестивый отрок легко выучился рукоделию, мог шить и вышивать даже церковные облачения. Это очень пригодилось ему в дальнейшем, во время ссылок и лагерей, когда он шил облачения и ризы для икон. Однажды владыка изготовил даже специальный походный антиминс, на котором литургисал для заключенных.

Начальное учение давалось отроку Сергию нелегко, но он не ослабевал в прилежании, и Господь щедро благословил Своего будущего служителя и исповедника. Владимирскую духовную семинарию, а затем и Московскую духовную академию он, неожиданно для всех, окончил весьма успешно. Впрочем, это не изменило его скромного и смиренного отношения к людям.

Особенно серьезно будущий владыка углубился в вопросы литургики и агиологии. В богослужении находил он для себя особое богословие, будучи очень внимательным к тексту богослужебных книг. На полях личных богослужебных книг владыки можно найти множество примечаний, уточнений, разъяснений особо трудных слов.

Еще в Шуйском духовном училище Сергий Сахаров пишет свой первый литургический гимн — тропарь чтимой Шуйско-Смоленской иконе Божией Матери. Академическое его сочинение «Настроение верующей души по Триоди постной» уже свидетельствует о большой осведомленности автора в вопросах церковной гимнологии, которая осталась для него одним из главных увлечений на всю жизнь.

Первым учителем и духовным наставником Сергия был архиепископ Владимирский Николай (Налимов), оставивший по себе благоговейную память. Следующим педагогом стал известный богослов и строгий аскет, ректор Московской духовной академии епископ Феодор (Поздеевский), который и постриг его в храме Покрова Божией Матери с именем Афанасий, в честь Патриарха Цареградского. От руки владыки Феодора монах Афанасий получает посвящение сначала во иеродиакона, а потом и в иеромонаха. Но именно монашеский постриг владыка Афанасий ценил каким-то особым образом...

Церковные послушания владыки Афанасия начались с Полтавской духовной семинарии, где его сразу заметили как талантливого преподавателя. Но в полную силу ученого-богослова владыка вошел в родной Владимирской семинарии, проявив себя убежденным и вдохновенным благовестником слова Божия. Его вводят в Епархиальный совет, возлагают ответственность за состояние проповеди на приходах епархии. Он же заведует беседами и чтениями при Успенском кафедральном соборе, освещая многие злободневные вопросы тогдашнего времени.

Иеромонаху Афанасию было тридцать лет, когда в России произошла революция. В это время начали часто собираться так называемые «епархиальные съезды», на которых поднимали голову люди, враждебные вековым православным устоям русской жизни. Все это требовало строгой церковной оценки и должного отпора.

В лавру Преподобного Сергия в 1917 году съехались представители всех российских мужских монастырей. На этом съезде иеромонах Афанасий (Сахаров) избирается членом исторического Поместного Собора Русской Церкви 1917-18 годов, где работает в отделе по богослужебным вопросам.

В это же время он начинает работу над знаменитой службой Всем святым, в земле Российской просиявшим, ставшей замечательным литургическим памятником его любви к нашей Святой Церкви. Иеромонаху Афанасию принадлежала мысль избрать для стихир на «Господи, воззвах» по одной стихире из Общей Минеи каждому лику святых, а в каноне расположить святых по областям. Каждая песнь канона завершалась, также по его идее, тропарем иконе Божией Матери, наиболее чтимой в этой области. Рассматривавший новую службу член Синода митрополит Сергий (Страгородский) внес в нее составленный им самим тропарь «Яко же плод красный...». Подготовленный первый вариант службы рассматривал затем и Святейший Патриарх Тихон.

Революция пронеслась по России, как смерч, пролила море христианской крови. Новая власть начала грубое глумление над мощами святых угодников Божиих, истребление духовенства и разорение православных храмов. Верующий народ видел в непрекращающихся бедствиях в нашем Отечестве, гонениях на Церковь Христову исполнение грозных пророчеств о гибели Русского Царства, превращение его «в сброд иноверцев, стремящихся истребить друг друга» (святой праведный Иоанн Кронштадтский, слово 14 мая 1907 года).

В 1919 году в ходе антирелигиозной кампании началось глумление над тем, что особенно дорого Православию, — нетленными останками святых угодников. Во Владимире, как и в других русских городах, в агитационных целях прошла так называемая демонстрация вскрытых мощей народу: их выставляли на всеобщее обозрение в обнаженном виде. Чтобы пресечь надругательство, владимирское духовенство под руководством иеромонаха Афанасия, члена епархиального совета, установило в Успенском соборе дежурство. В храме стояли столы, на которых лежали святые мощи. Первые дежурные — иеромонах Афанасий и псаломщик Александр Потапов — ожидали народ, толпившийся у дверей храма. Когда открылись двери, иеромонах Афанасий провозгласил: «Благословен Бог наш...», в ответ ему раздалось: «Аминь» — и начался молебен Владимирским угодникам. Входящие люди благоговейно крестились, клали поклоны и ставили у мощей свечи. Так предполагаемое поругание святынь превратилось в торжественное прославление.

Вскоре Священноначалие ставит ревностного пастыря на ответственное место: его (уже в сане архимандрита) назначают наместником двух древних монастырей епархии — Боголюбского и владимирского Рождества Пресвятой Богородицы.

 

Важнейшим и переломным событием в жизни владыки Афанасия стало поставление его из архимандритов во епископа Ковровского, викария Владимирской епархии. Произошло это в Нижнем Новгороде в день памяти преподобного Сампсона Странноприимца, 10 июля 1921 года. Возглавил хиротонию митрополит Владимирский Сергий (Страгородский), будущий Патриарх Московский и всея Руси.

Главной заботой и болью святительского подвига владыки Афанасия было не противодействие властей, не разруха и даже не закрытие храмов и монастырей, а появление внутри Церкви нового раскола, известного под именем «обновленчества».

Семена обновленчества как раскольнического течения, призванного реформировать Российскую Православную Церковь, были посеяны задолго до октябрьского переворота. До революции псевдоправославные новации проникли в стены духовных школ, религиозно-философских обществ и были уделом некоторой части интеллигентствующего духовенства. Революционные власти использовали реформаторские идеи для раскола Церкви, но опирались они не на интеллигентствующее меньшинство, а на огромную массу конформистов и маловеров внутри церковной ограды, усвоивших в прежние времена почитание всякой власти кесаря — и самодержавной, и большевистской.

Противостояние святителя Афанасия обновленческому расколу — это не столько борьба с еретическими убеждениями, сколько обличение иудина греха — отступничества от Церкви Христовой, предательства ее святителей, пастырей и мирян в руки палачей.

Святитель Афанасий объяснял своей, пастве, что раскольники, восставшие против канонического епископата, возглавляемого Патриархом Тихоном, не имеют права совершать Таинства, а потому храмы, в которых они совершают богослужения, безблагодатны. Он заново освящал оскверненные раскольниками церкви, увещевал отступников приносить покаяние вместе с приходом, обличая тех, кто не раскаялся. Запрещая общаться с обновленцами, чтобы усрамить их, он при этом просил не питать к ним злобы за захват ими православных святынь, так как святые, как говорил Преосвященный, всегда бывают духом только с православными.

Первый арест святителя произошел 30 марта 1922 года. Он положил начало многолетним тюремным мытарствам владыки Афанасия. Но, как это ни покажется странным, положение заключенного владыка считал более легким, чем положение тех, кто, оставаясь на воле, терпел бесчисленные притеснения от обновленцев. Он даже называл тюрьму «изолятором от обновленческой эпидемии». Путь владыки по тюрьмам и ссылкам был нескончаемым и изнурительным: тюрьмы: владимирская, Таганская в Москве, Зырянская, туруханская, лагеря: Соловецкий, Беломоро-Балтийский, Онежский, Мариинские в Кемеровской области, Темниковские в Мордовии...

9 ноября 1951 года окончился последний срок лагерных мытарств шестидесятичетырехлетнего святителя. Но и после этого его держали в полной неизвестности о дальнейшей судьбе, а затем в принудительном порядке поместили в дом инвалидов на станции Потьма (в Мордовии), где режим почти не отличался от лагерного.

Архипастыря могли арестовать прямо в дороге, как случилось однажды при объезде им Юрьев-Польского уезда. В 1937-38 годах его неоднократно, арестовав, готовили к немедленному расстрелу.

В начале Великой Отечественной войны владыку отправили в Онежские лагеря Архангельской области пешим этапом, причем свои вещи заключенные несли на себе. В результате тяжелой дороги и голода владыка так ослабел, что всерьез готовился к смерти...

Онежские лагеря сменились бессрочной ссылкой в Омской области. В одном из совхозов возле городка Голышманово владыка работал ночным сторожем на огородах. Затем был переселен в город Ишим, где жил на средства, присылаемые друзьями и духовными чадами.

Зимой 1942 года епископа Афанасия неожиданно этапировали в Москву. Следствие длилось полгода. Допрашивали около 30 раз, обычно ночами. Обычно допрос шел часа четыре, но однажды продолжался целых девять часов. Иногда за четыре часа допроса мог быть написан всего один лист протокола, а иногда — больше десяти листов... Ни разу на допросах владыка не только никого не выдал, но и не совершил самооговора.

Но вот объявлен приговор: 8 лет заключения в Мариинских лагерях Кемеровской области, прославившихся своей жестокостью. Работы для «идейных врагов соввласти» назначались самые тяжелые и грязные.

Летом 1946 года владыка был вновь этапирован в Москву для нового следствия по ложному доносу. Но вскоре доносчик отказался от своих показаний, и Преосвященного отправили в Темниковские лагеря Мордовии отбывать срок до конца. Физически он был уже слаб и мог заниматься только плетением лаптей. Через два года владыку отправили в Дубровлаг (в той же Мордовии), где по возрасту и состоянию здоровья он уже не работал.

Однако ни при каких обстоятельствах владыка не терял веры в Бога и чувства великой к Нему благодарности. Еле живой после пыток, сдерживая стон, святитель часто говорил близким людям: «Давайте помолимся, похвалим Бога!» И первым запевал: «Хвалите имя Господне». И пение это его оживляло. Вновь пришедших узников владыка ободрял: «Не падай духом. Господь сподобил тебя, по Своей великой милости, немного за Него пострадать. Благодари Бога за это!»

Лагерные работы были всегда изнурительными, а часто и опасными. Однажды владыку Афанасия назначили инкассатором, чем он очень тяготился. Вскоре у него похитили тысячу рублей, о чем пришлось доложить начальству как о собственной недостаче. Не разбираясь в деле, власти тут же наложили на заключенного тяжелые взыскания...

На Соловках владыка Афанасий заразился тифом. Ему угрожала смерть, но Господь явно хранил Своего страдальца, и владыка выжил буквально чудом.

Но при этом постоянном утомлении владыка видел духовную пользу — возможность проявить силу своей веры. Он неизменно держался устава Святой Церкви, никогда не прерывал молитвенного правила, молясь не только келейно, но и в обществе своих сокамерников. Даже в лагере он строго держал посты, находя возможность готовить постную пищу.

С окружающими владыка держался просто и задушевно, находил возможность духовно утешать тех, кто «с воли» обращался к нему за поддержкой. Никогда нельзя было увидеть его праздным: то он работал над литургическими заметками, то украшал бисером бумажные иконки святых, то ухаживал за больными.

 

7 марта 1955 года епископа Афанасия освободили из Потьминского инвалидного дома, который своим лагерным режимом окончательно подорвал его здоровье. Вначале владыка поселяется в городе Тутаеве (Романов-Борисоглебск) Ярославской области, но затем выбирает для места жительства поселок Петушки Владимирской области.

Хотя с этого времени владыка формально был на свободе, власти всячески сковывали его действия. В Петушках, например, ему разрешали совершать богослужения только при закрытых дверях храма и без архиерейских регалий.

В 1957 году прокуратура Владимирской области вновь рассмотрела дело 1936 года, по которому проходил владыка Афанасий. Владыка был допрошен на дому, приведенные им в свою защиту доводы не были признаны убедительными. Реабилитации не состоялось...

Утешением для владыки были богослужения в Троице-Сергиевой лавре — ведь он, помня свой монашеский постриг в ее стенах, всегда считал себя в числе ее братии. Несколько раз владыка сослужил Святейшему Патриарху Алексию (Симанскому), а 12 марта 1959 года участвовал в хиротонии архимандрита Никона (Лысенко) во епископа Уфимского.

На одном из богослужений владыки Афанасия молящиеся заметили, что во время Евхаристического канона он ходил над полом храма, его как будто плавно выносила из алтаря какая-то волна...

Владыка Афанасий тяжело переживал новый этап либеральных гонений на Церковь в период «оттепели», умножал молитвы русским святым и Матери Божией — Покровительнице Руси. Он даже свой уход на покой стал рассматривать как уклонение от борьбы с наступающим злом и хотел просить назначения викарным епископом, но подорванное здоровье не позволило продолжить общественное служение. Как бы тяжела ни была жизнь владыки Афанасия, он никогда не унывал. Напротив, в тюрьмах, лагерях, ссылках он преисполнялся какой-то удивительной энергии, находя спасительные для души занятия. Именно там, в застенках, возникла удивительная в литургическом смысле служба Всем русским святым. Она получила свою законченность после обсуждения с иерархами, которые были заключены вместе с владыкой Афанасием.

Одним из иерархов был и архиепископ Тверской Фаддей, прославленный Церковью как священномученик. И вот 10 ноября 1922 года в 172-й камере Владимирской тюрьмы впервые было совершено празднование Всем русским святым по исправленной службе.

Смерть матери побудила владыку не только к горячим сыновним молитвам о ней, но и к написанию фундаментального труда «О поминовении усопших по Уставу Православной Церкви», который был высоко оценен митрополитом Кириллом (Смирновым).

В августе 1941 года Преосвященный Афанасий составил «Молебное пение об Отечестве», исполненное глубокого покаяния и необычайной молитвенной силы, обнимающее все стороны жизни нашего Отечества. В периоды заключений владыкой были составлены молебные пения «О сущих в скорбях и различных обстояниях», «О врагах, ненавидящих и обидящих нас», «О сущих в темницах и заточении», «Благодарение о получении милостыни», «О прекращении войн и о мире всего мира»...

Святитель Афанасий поистине пел Богу «дондеже есмь» (Пс. 45, 1), пел даже во вратах смерти, и Господь сохранил Своего служителя для любимых им Церкви и Отечества.

Годы исповедничества веры Христовой в лагерях и тюрьмах, как бы ни были они тяжелы и ужасны, стали на жизненном пути владыки Афанасия не потерей, а приобретением. Они стяжали его смиренной душе тот благодатный свет духа, которого так недостает миру. На этот внутренний свет сразу со всех сторон потянулись люди, каждый со своими наболевшими жизненными вопросами. И люди эти встречались с человеком чистой души, наполненной непрестанной молитвой.

Никто никогда не слышал от владыки ни слова ропота на тюремное прошлое. Каждого пришедшего встречал он незлобием, добротой, участием и любовью. Он делился с каждым своим богатым жизненным опытом, раскрывал смысл Евангелия и житий святых угодников Божиих, помогал пастырям приводить пасомых к истинному покаянию.

Святитель любил в жизни все прекрасное, видя в нем отблеск вечности, и умел находить это прекрасное повсюду. Живя в Петушках, владыка получал до 800 писем в год, поддерживая переписку со многими бывшими соузниками, скорби которых переживал как свои. К Рождеству и Пасхе он посылал по 30-40 посылок нуждающимся в помощи и утешении.

Духовные дети владыки Афанасия вспоминают, как он был прост и внимателен в общении, как ценил самую малую услугу, за которую всегда старался отблагодарить.

Живя скромно, он почти не обращал внимания на внешность людей. Не любил славу и честь людскую, учил творить добро только во славу Божию, чтобы не лишиться будущего воздаяния. Наставлял, что таланты — это дар Божий и ими нельзя гордиться.

Однажды на вопрос «Как спастись?» он ответил: «Самое главное — это вера. Без веры никакие самые лучшие дела не спасительны, потому что вера — фундамент всего. А второе — это покаяние. Третье — молитва, четвертое — добрые Дела. И хуже всякого греха — отчаяние». К покаянию владыка учил прибегать как можно чаще, сразу, как только осознается грех, — очищать душу слезами покаяния.

Молитва заполняла всю жизнь святителя и была такой живой и сильной, что молящиеся с ним отрешались от всего земного. И многие по его молитве получали скорую помощь. Владыка часто говорил, что в трудных случаях жизни надо молитвенно прибегать к тому святому, чье имя ты носишь. Молитвенному обращению к нашим заступникам — святым Православной Церкви — он вообще придавал особое значение. Прозорливость свою владыка скрывал, обнаруживая ее в исключительных случаях и только ради пользы ближних, к нуждам которых никогда не оставался равнодушным и чьи немощи нес так терпеливо...

Еще в августе 1962 года владыка Афанасий начал говорить, что ему пора умирать. Когда однажды ему ответили, что близкие чада не перенесут разлуки с ним, он строго заметил: «Разве можно так привязываться к человеку? Этим мы нарушаем свою любовь ко Господу. Не одни ведь, а с Господом остаетесь».

За несколько дней до блаженной кончины владыки Афанасия из лавры приехали наместник архимандрит Пимен, благочинный архимандрит Феодорит и духовник игумен Кирилл, что очень обрадовало Преосвященного. Это был канун пятидесятилетия его монашеского пострига. В самый день, в четверг, владыка был особенно благостным, благословляя всех присутствующих.

Но вот приблизилась смерть. Владыка уже не мог говорить, погруженный в молитву. Однако в пятницу вечером он тихо сказал в последний раз: «Молитва вас всех спасет!» Затем написал рукой на одеяле: «Спаси, Господи!»

В воскресенье 28 октября 1962 года, на память святителя Иоанна Суздальского святитель тихо предал свой дух Богу. Он предсказал этот день и час заранее...

Житие по книге: Житие святителя Афанасия, епископа Ковровского, исповедника и песнописца. М.: «Отчий дом», 2000. С. 3-21.

 

Акафист святителю Афанасию, епископу Ковровскому, исповеднику и песнописцу.

 

 

 

Кондак 1


Возбранниче светлый на тму века сего, во вся оружия Божия облеченный и веру Христову, аки щит, противу суетных мудрований державый, восхваляем тя любовию, святителю и исповедниче Афанасие, ты же яко молитвенник о нас ко Господу дерзновенный, утверждения в истине Православия испроси нам, зовущим: Радуйся, Афанасие, новый исповедниче и Православия учителю.



Икос 1


Ангельскаго чая образа, Афанасие блаженне, измлада игранием детским не внимал еси разумом, молитвам же теплым во храме Господни и рукоделию в доме матернем, аки бы в келлии, всегда прилежа, дерзновенно предвозвещал еси отроком, сверстным тебе, яко имаши быти Церкве Христовы служитель священный. Ведуще убо мы, яко Промыслом Божиим сбыся речение твое, со удивлением зовем ти:
Радуйся, древнею и святою землею Владимирскою в добронравии воспитанный; радуйся, в Лавре преподобнаго Сергия лику инокующих вчиненный.
Радуйся, постом и молитвою житие богоугодное стяжавый; радуйся, от Господа к подвигу свидетельства во дни лукавыя избранный.
Радуйся, благолепия церковнаго блюстителю; радуйся, премудрым Православия наставником подобниче.
Радуйся, Афанасие, новый исповедниче и Православия учителю.



Кондак 2


Видев, яко лютое на Церковь Российскую гонение наста, не точию гнев Божий, праведно движимый на ны, помышлял еси оное, Афанасие богоразумне, но паче премудрую жатву душам, яже созреша в живот вечный, и сего ради Господу жатвы Христу воспевал еси: Аллилуиа.



Икос 2


Разумея Собор всех святых земли Русския, Отечеству нашему от бед избавление быти, словеса тем праздничная нача слагати, богодухновенне, песньми дивными Церковь украшая. Мы же, грешнии, ныне тя зряще в лице присно тобою чтомых угодников Божиих, восписуем ти похвальная сия:
Радуйся, молений умиленных слагателю; радуйся, пения Господеви разумнаго рачителю.
Радуйся, чудотворцев Российских чисте возлюбивый; радуйся, предстателей страны нашея в помощь всегда призывавый.
Радуйся, яко страстотерпцы новыя увенчал еси на земли похвалами; радуйся, яко в сонме тех на Небеси Бога славиши.
Радуйся, Афанасие, новый исповедниче и Православия учителю.



Кондак 3


Силу мняще безбожницы на правоверие прияти, честныя мощи святых земли Владимирския посреде Успенскаго храма соборнаго непокровенны поставиша, во еже посмеитися им, ты же, доблий ратниче Христов, народу во храм притекшу, воззвал еси велегласно: Благословен Бог наш! И тако злоумысляемое святыням поругание в молебное прославление претворил еси, с верными вкупе вопия Богу: Аллилуиа.



Икос 3


Имеющу ти почтенну быти честнейшим епископства саном, всуе потщишася гонители Церкве Христовы прежде архиерейства твоего грозными словесы и прещении тя устрашити, яко благодать Святаго Духа достойно помаза тя во святители земли Владимирския, идеже исповедник и Православия учитель явился еси, Афанасие боголюбезне. Поминающе убо ревностное служение твое, глаголем ти сице:
Радуйся, веры правыя крепкий поборниче; радуйся, раскола новейшаго небоязненный обличителю.
Радуйся, мудрований века сего, возносящихся на разум Божий, посрамление; радуйся, от волков, в одежде овчей во стадо Христово входящих, ограждение.
Радуйся, смущением колеблемых в истине утверждавый; радуйся, отступников ко обращению приводивый.
Радуйся, Афанасие, новый исповедниче и Православия учителю.


Кондак 4


Бури и смятению раскола противу стоя, аще и в заточение бысть неправедно ввержен, святителю Божий, обаче не оставил еси кормила церковнаго, вся верныя писаньми твоими увещавая и моля, да не соединяются с отступниками ни да боятся лукаваго того времене, но яко малое стадо, емуже благоизволи Отец Небесный дати Царство, взывают выну: Аллилуиа.


Икос 4


Слышавше, дивляхуся вси вернии благодушию твоему, исповедниче, темницу бо, в нюже затворен бысть, прибежище благое от поветрия обновленческаго нарицал еси, имея же тамо соузников немало, вкупе с тобою за веру Христову страждущих, веселился еси о Господе со единомысленники твоими, вся святыя земли Русския молитвенно воспевая. Мы же, яко достойный образ нам злострадания являеши, приносим ти таковая:
Радуйся, темницу молитвенным сиянием озаривый; радуйся, и во вратех смертных Жизнодавцу хвалу возсылавый.
Радуйся, страждущих истины ради милосердый утешителю; радуйся, и безбожников заточенных человеколюбный питателю.
Радуйся, скорбьми от любве Божия не разлученный; радуйся, в терпении твоем от Господа укрепленный.
Радуйся, Афанасие, новый исповедниче и Православия учителю.


Кондак 5


Богохранимаго избранника помышляем тя, друже Христов Афанасие, зане на брезе Онежскаго езера в темнице нарочито учиненной, да бы заточенныя тамо смерти удобно предати, мнози спленницы твоя нуждне от мучителей кончину прияша, тебе же, трие месяцы день и нощь убиением безсудным угрожаема бывша, избави Господь Многомилостивый, Емуже благодарно воззвал еси: Аллилуиа.



Икос 5


Видя всегда очима сердца твоего, духоносне Афанасие, коликими ранами и труды стяжаша отцы святии истинное по Бозе житие, досады и укоризны многая претерпевал еси, гонителей твоих, яко заповеда Христос, благословляя. Обременен же быв горькими работами, во узилищи, аки вторый Иоанн Дамаскин, вся места нечистая рукама твоима безропотне омывал еси. Неизреченнаго ради смирения твоего приносим ти похвальная сия:
Радуйся, кротости пречудныя образе; радуйся, блаженнейшаго послушания сыне.
Радуйся, от нечестивых уничижение в честь себе вменивый; радуйся, обидящим тебе вседушно погрешения простивый.
Радуйся, враждебников твоих возлюбителю нелицемерный; радуйся, ненавидящим тебе благодетелю усердный.
Радуйся, Афанасие, новый исповедниче и Православия учителю.


Кондак 6


Проповедник немолчен Евангелия Христова и в темницах явился еси, Афанасие досточудне, разбойников бо даже и душегубцев суровых к покаянию приводил и научал еси песнь хвалы и благодарения воспевати Богу: Аллилуиа.



Икос 6


Возсиявшу тебе в темнице светом истины, приказа мучитель некий отвести тя во узилище иное, и стражницы, яже ведоша тебе, немилосерди быша зело и томляху тя, старче святый, скоро гоняще, во еже малыми деньми прейти толикую долготу пути. Таже гладом в заточении том непрестанно морим бысть, яко едва тебе живу остатися. Обаче, крепостию телесною изнемогая, не изнемогал еси терпением, вся Христа ради препобеждая. Мы же, таковому дивящеся подвигу твоему, поем ти сице:
Радуйся, без крове мучениче добропобедный; радуйся, воине Христов непреодоленный.
Радуйся, огнем страданий паче злата искушенный; радуйся, в мужестве непоступнем паче адаманта утвержденный.
Радуйся, кротце в жертву правды Бога ради себе предавый; радуйся, слезами всеянное радостию пожавый.
Радуйся, Афанасие, новый исповедниче и Православия учителю.



Кондак 7


Хотяще безбожницы, исповедания ради и сана твоего святительскаго, не отпустити даже по заточении тя свободна, глаголаша лукавне, яко ни от кого имаши обрести послужения в старости твоей, и затвориша тя в темничнем доме призрения, где паче неже в узилищи, безчисленными скорбьми и поношении стужаху ти. Но попечением христиан благочестивых от горшаго места онаго изведен был еси, воспевая помощи подателю Богу: Аллилуиа.


Икос 7


Новому наставшу гонению на Церковь Христову, повелеша богопротивницы заключити святыя храмы, а иныя до основания разорити. Ты же, на Господа надеяся несумненно, мужество ближним твоим внушал еси, да не будут страшливи и малодушии, рече бо Господь, яко врата адова не одолеют Церкви Его. Темже вопием ти сице:
Радуйся, неизреченнаго милосердия Христова добрый вестниче; радуйся, благонадежнаго упования Божия тихий Ангеле.
Радуйся, глубиною покаяния высоту смиренномудрия стяжавый; радуйся, от сыновняго Церкви послушания к совершению святых отец ея востекший.
Радуйся, за Отечество наше молитвенниче непрестанный; радуйся, ходатаю о людех его ко Творцу неусыпный.
Радуйся, Афанасие, новый исповедниче и Православия учителю.


Кондак 8


Странное и неудобь разумеемое чудо яви о тебе Господь, святителю Афанасие, литургисавшу бо ти во святей обители преподобнаго Сергия, нецыи от молящихся зреша тя аки бы волною, из алтаря святаго и паки во оный по воздуху износима и вносима быти. Самовидцы же чудеси тому со удивлением возопиша в сердцах своих Богу: Аллилуиа.


Икос 8


Всем неблагоразсудным, яже точию в домех своих молишася, общения же церковнаго ся отлучаху, богоразумными словесы и посланьми твоими, наказовал еси, миротворче усердный, присоединится, аки удом, прочему телеси церковному, да раскола бы новаго не сотворили, и тех к согласному единомыслию добре управил еси. Того ради и мы, мира днесь Церкве Православней и скораго раздором утоления взыскующе, зовем ти:
Радуйся, соблазны и несогласия среде верных потребивый; радуйся, хитона церковнаго раздранию возбранити предуспевый.
Радуйся, расточенныя овцы Христовы во едино стадо собираяй; радуйся, заблуждающих от пути истиннаго к покаянию обращаяй.
Радуйся, яко послушанию Матери Церкви чада ея наставляеши; радуйся, яко веру православную хранити научаеши.
Радуйся, Афанасие, новый исповедниче и Православия учителю.


Кондак 9


Всю верным бывшую радость кто изрещи возможет, святителю славне, егда во Владимире граде явился еси, празднества ради осми сот летом собора Успенскаго; како клирицы и вся люди сладце зряху на тя и любезно о Господе тя целоваху; таже видением твоим духовнаго веселия исполньшеся, вмале не на руках своих внесоша тебе во храм, поюще Богови: Аллилуиа.



Икос 9


Ветию тя преизящна показа Господь, Афанасие благоглаголиве, песньми новыми украсившаго памяти и праздники святых земли Русския, гимны бо церковныя и канонов словеса слагая, в таковых трудех душеполезных и Церкви Христовой зело потребных, препроводил еси лета довольна, оттуду же и песнописца прозвание стяжал еси. Мы же, от умиленных глаголов твоих и до днесь, аки пищею духовною питающеся и аки сладким потоком ся напаяюще, восхваляем тя:
Радуйся, талант песнотворчества, от Бога ти данный, изрядно умноживый; радуйся, молитвословия многоразлична, послушания ради церковнаго, со тщанием добре исправивый.
Радуйся, цевнице духовная, сердца наша увеселяющая; радуйся, источниче изобильный, воду живоносную нам источающий.
Радуйся, яко песнописцы новыя к усердию благочестивому подвизаеши; радуйся, яко, от словес твоих оправданный, и нам у Бога оправдания молиши.
Радуйся, Афанасие, новый исповедниче и Православия учителю.



Кондак 10


Спасенному пути по вся дни чада церковная наставлял еси, духоносне Афанасие, мнози бо вернии с любовию к тебе течаху, да бы поучитися от честнаго жития твоего, поелику сердцем смирен и тих обычаем, негневлив и кроток, и всех добродетелей исполнен сый, делы твоими паче словес научал еси пети Богу: Аллилуиа.



Икос 10


Стену твердую от навет и козней вражиих веру православную первие проповедал еси, старче святый, таже покаяние слезное и молитву непрестанную вкупе с богоугодными делы, и себе на служение всем приходящим к тебе предавая, многих ко спасению добре управил еси. Сего ради и мы, недостойнии, руководствия добраго требующе, вопием ти тако:
Радуйся, недоумевающим благий советниче; радуйся, заблуждающих кроткое вразумление.
Радуйся, душ смятенных сладостный умирителю; радуйся, неудобоизцельных страстей отгонителю.
Радуйся, лукавыя помыслы в сердцах человеческих провидевый; радуйся, благоуветливыми словесы ко отложению греховнаго прилога увещававый.
Радуйся, Афанасие, новый исповедниче и Православия учителю.



Кондак 11


Пению молебному прилежаща усердно, утеши тя Господь пред кончиною видением чудным, яко святых земли Русския, ихже присно почитал бе любовию, зрети сподобился еси купно со Христом, Емуже абие воззвал еси: Аллилуиа.



Икос 11


Светом Божественнаго явления осиянный, последний бо день и час блаженнаго исхода твоего провозвещен бысть от Господа ти, мирно предал еси, тайновидче, душу твою в руце Христа Бога, Егоже от юности возлюбил и за Негоже толикая пострадал еси. Но яко в животе своем, подвижниче велий, свет бысть миру такожде и по преставлении чудесы многими озарити нас не престаеши, зовущих:
Радуйся, воина юнаго от лютыя смерти чудесно избавивый; радуйся, вдовицу благочестивую из руку зловольника дивно исхитивый.
Радуйся, яко персть и былие от гроба твоего недужным исцеления подаваша; радуйся, яко мнози при гробе твоем молившеся, душепагубным страстем врачество обретоша.
Радуйся, честнаго брака христианскаго известный покровителю; радуйся, девствующих и целомудренных заступниче благонадежный.
Радуйся, Афанасие, новый исповедниче и Православия учителю.



Кондак 12


Благодать, юже тесным твоим житием и подвиги многими у Бога стяжал еси, ведая, освященный Собор Православныя нашея Церкве сопричте тебе сонму всех русских святых, в том же светло ликуеши ныне, всесоставным гласом воспевая победную песнь: Аллилуиа.


Икос 12


Поем тя со умилением, святителю достохвальне, яко во обители горней вселивыйся, на земли нам оставил еси честныя твоя мощи, яже благоговейно днесь почитаем и скораго исцеления скорбем душевным и телесным чающе, взываем ти тако:
Радуйся, блаженства изгнанных правды ради праведно удостоенный; радуйся, в светлостех немерцающих Пресвятыя Троицы присно живущим соводворенный.
Радуйся, ангельским чином сликовствующий в вышних; радуйся, от человек похвалы досточестно приемлющий в нижних.
Радуйся, верою тя почитающим скорое утешение; радуйся, любовию тя воспевающим благое веселие.
Радуйся, Афанасие, новый исповедниче и Православия учителю.



Кондак 13


О святителю благоглаголиве Афанасие, имене Божия досточудный исповедниче, земли Владимирстей радование и Церкви Святей украшение, убогое сие услыши моление наше и благомощное ходатайство твое вознеси о нас Господеви, да вся полезная ко спасению душевному нам дарует, во еже непреткновенно внити нам в Царство Небесное и воспета тамо Живоночальной Троице: Аллилуиа.


Сей кондак глаголи трижды. И паки чтется первый икос: Ангельскаго чая образа… и кондак первый: Возбранниче светлый…

Молитва
О, многострадальне и благоглаголиве святителю и исповедниче Христов Афанасие, пастырю добрый пажитей Церкве Русския, Православия ревнителю, покаяния проповедниче, молитвы столпе, любве неиссякаемый источниче, цевнице богодухновенная!
Ты, землею древнею и святою воспитанный, измлада сосуд избранный Богу явился еси, ревностно служа Ему словесы и делы, молитвою теплою, постом неослабным, милостынею нелицемерной. Службе Божией зело прилежа, талант песнотворчества усердно умножил еси и многими духоносными пении Церковь Русскую украсил еси, наипаче же потрудился в прославлении святых земли Русския, ихже пред кончиною купно с Господом зрети сподобился еси.
Истины ради и кротости и правды достойно помаза тя во святители Владимирский благодать Святаго Духа, еюже просвещен, проповедал еси Православия предания неуклонно посреде безбожных гонителей. Аще и в заточениих, изгнаниях и горьких работах тридцать лет пробыл еси, поношения, озлобления и раны за Христа сладце претерпевая, ты, священное исповедание яко забрало восприим, богохульные дерзновенно обличил еси и безплотные враги посрамил еси, паству свою делы паче слов поучая, яко Богу подобает повиноватися паче человек. Темже блаженства изгнанных правды ради сподобився и Престолу Небесному предстоя, моли Всеблагаго Бога нашего, да утвердит Церковь Русскую, ее пастырей непозыблемы в истинах веры, от ересей и расколов, да пребудут чада ея тверды во исповедании святаго Православия, претерпевая все напасти времени, прославляя единым сердцем и едиными усты дивного во святых Своих Бога, Отца и Сына и Святаго Духа, во веки веков. Аминь.

Тропарь, глас 4:
Славы Божия ревнителя / и благолепия церковнаго блюстителя, / тесным житием и многими подвиги / великому иерарху Александрийскому подобника, / святителя Афанасия, исповедника Российскаго, усердно восхвалим, вернии, / сей бо присно молится / о спасении земнаго Отечества своего / и о всех, живущих в нем, / велегласно с любовию взывая: / Русь Святая, / храни веру православную, / в нейже тебе утверждение.

Кондак, глас 3:
Днесь Афанасий святитель, / Христов исповедник и праведник, / в невечернем Царствии славы / светло ликует / и в сонме всех русских святых / всесоставным гласом победную песнь воспевая, / прилежно молит о нас / превечнаго Триединаго Бога.

Величание:
Величаем тя, святителю отче Афанасие, / и чтим страдания твоя, яже во исповедание / Православие во Отечестве своем утвердил еси.


Ино величание (поем пременяюще):
Величаем тя, святителю и исповедниче Христов Афанасие, / богодухновенными песньми Церковь Русскую украсившаго / и святых сродников наших любовию воспевшаго.